"Любовь! Любовь!..."

Любовь! Любовь! И в судорогах, и в гробе
Насторожусь — прельщусь — смущусь — рванусь.
О милая! Ни в гробовом сугробе,
Ни в облачном с тобою не прощусь.

И не на то мне пара крыл прекрасных
Дана, чтоб на сердце держать пуды.
Спеленутых, безглазых и безгласных
Я не умножу жалкой слободы.

Нет, выпростаю руки, стан упругий
Единым взмахом из твоих пелён,
Смерть, выбью!— Вёрст на тысячу в округе
Растоплены снега — и лес спалён.

И если всё ж — плеча, крыла, колена
Сжав — на погост дала себя увесть, -
То лишь затем, чтобы, смеясь над тленом,
Стихом восстать — иль розаном расцвесть!