Пьяница
Жизнь в трезвом положении
Куда нехороша!
В томительном борении
Сама с собой душа,
А ум в тоске мучительной...
И хочется тогда
То славы соблазнительной,
То страсти, то труда.
Все та же хата бедная
Становится бедней,
И мать — старуха бледная —
Ещё бледней, бледней.
Запуганный, задавленный,
С поникшей головой,
Идёшь как обесславленный,
Гнушаясь сам собой.
Сгораешь злобой тайною...
На скудный твой наряд
С насмешкой неслучайною
Все, кажется, глядят.
Все, что во сне мерещится,
Как будто бы назло,
В глаза вот так и мечется
Роскошно и светло!
Все — повод к искушению,
Все дразнит и язвит
И руку к преступлению
Нетвердую манит...
Ах! если б часть ничтожную!
Старушку полечить,
Сестрам бы не роскошную
Обновку подарить!
Стряхнуть ярмо тяжёлого,
Гнетущего труда, —
Быть может, буйну голову
Сносил бы я тогда!
Покинув путь губительный,
Нашёл бы путь иной,
И в труд иной — свежительный —
Поник бы всей душой.
Но мгла отвсюду чёрная
Навстречу бедняку...
Одна открыта торная
Дорога к кабаку.
Похожие
- Владимир Владимирович Маяковский - Эпиграммы. 3. Сельвинский («Чтоб жёлуди с меня…»)
- Николай Алексеевич Клюев - «Наша радость, счастье наше…»
- Николай Никитич Поповский - Начало зимы («Ярившийся борей разверз свой буйный зев…»)
- Николай Степанович Гумилёв - Стокгольм
- Николай Степанович Гумилёв - Сада-Якко
- Иван Саввич Никитин - Тайное горе
- Николай Александрович Львов - Ода LXVII. Боязнь девушки («На еленицу груднуюм…»)
- Николай Степанович Гумилёв - «В этот мой благословенный вечер…»
- Дмитрий Сергеевич Мережковский - Старинные октавы Octaves du passéПеснь вторая. LXIX. «С непобедимым трепетом боязни…»
- Алексей Васильевич Кольцов - Послание молодой вдове
