Старинные октавы Octaves du passéПеснь вторая. LXXXVI. «Но холод жизни ранний цвет убил…»

Но холод жизни ранний цвет убил,
И всё, что было мне ещё неясно,
Что я в душе лелеял и хранил,
Едва родившись, умерло безгласно, —
И никогда я больше не любил
Так пламенно, так нежно и напрасно,
Как в тех мечтах, погибших навсегда
Без имени, без звука, без следа…