Метель
Сказание
На море-окияне, на острове Буяне,
В рублёной русской бане
Два названные брата,
Приняв на грудь порато,
В лесу, в глуши, в метель
Устроили купель.
(В России, между нами,
Метели – что цунами!)
Но дивно: собутыльники
И в мыльне и в парильне
По пьяни или сдуру
Справляли процедуру...
Не сняв нагольных шуб!
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Но кто из них тупей?
2.
Абрам в песцах небесных
Смотрел купцом-Гермесом –
Курчавый красавЕц.
Иван, слегка подванивая,
В дублёнке старой банился
С улыбкою обманною –
Точь-в-точь Улисс-хитрец.
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Но кто из них чудней?
3.
…В тот час Гермес вина испил,
Честное знамя сотворил,
Доху на лавку положил
И таковое слово молвил:
– О, княже-господине,
Любезный брат Ивашко!
Не погнушайся ныне
Ты просьбишкою нашей.
Удобно ли тебе
В овчинном кожухе?
Ты улицей в мороз
Гуляешь без берета,
А в бане на полок
Нейдёшь без кожипета!
Отдал бы мне, браток,
Докучный кожушок,
А сам бы на природе,
В саду ли в огороде
Гулял на всей свободе…
Певец! Прославь струнами
Российское цунами.
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них правей?
4.
Наверно бы, Гермесу
В бутылку лезть не стоило...
По первости Иванушка
Ответствовал спокойно:
– Помазан я Борисом
Под именем Улисса.
Приспичило буху
Мне подарить доху.
Сказал он: не снимай
Сей кожи даже ночью.
Она – знаменье власти
И крест её отчасти.
Она слегка щекочет,
Но колет не до страсти.
(Сам он носил доху
На волчьем на меху.)
По правде, я доволен:
Живу-тружусь на воле.
Народец у меня
От корня и от пня
А я народу ровня…
Певец! Прославь струнами
Российское цунами.
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них скромней?
5.
Достойнейший Гермес
Давил свой интерес.
Нет бы жарганить печку
Да князю не перечить –
Метал упорно бисер,
Нудил одну комиссию:
– И мне обнову выдал Вождь.
Велел носить и в снег и в дождь –
Волшебный агрегат
По производству злата:
Что ни ворсинка – доллар,
Что ни пушинка – евро,
Что ни остинка – фунт.
Что перед шубой этой
Величье Моисея,
Его тельцовый бунт?
Ну что за наслажденье:
Одной полой укрыться,
Другую подстелить,
В ость чёрную зарыться
И бирюзою нежной
Глубокого подшерстка
Мечтанья усладить!
И слушать острым ухом –
Что может быть милей? –
Легенды древних сиклей,
Рассказы шекелей!
Богат я, не обижен,
Но званием унижен.
С моими-то талантами
Всего лишь коммерсант!
В мильонной шубе за грошом
Гоняться, брат, нехорошо.
Опять-таки, рабочим ватником,
Халатиком, спецухой я не обеспечен:
Дровец в резной камин гранитный
И то подкинуть не в чем!
А в церковь, в синагогу
Поплакать об Отце иль Сыне
В чем повседневном мне
Прикажешь выйти ныне?
Прими мою доху
Под княжескую ручку,
Отдай, дружок, с плеча
Служилую вонючку!..
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них наглей?
6.
Тут князь слегка вздохнул
И кожух запахнул:
– Тебе, лиса сопатая,
Подарено рогато:
Пудовая доха
На нефтяных мехах,
Да газовый кафтан –
С того ты сыт и пьян.
Заплачено с избытком
Тебе, банкиру прыткому,
За то, что дал ты ссуду
Вождю хмельному налом
Его же капиталом,
Который капитал,
В конечном-то итоге,
На Муромской большой
Приобретён дороге.
Ты огорчил меня:
Корм не в того коня…
Поддай-ка ты парку кваском,
А там по чарке грянем
Да песню проголосную
Ты – баритоном, я – баском
О каторге затянем…
Ты – вор и будь ты вором,
Как вам везло веками.
А я ворами вами,
Обвыкнув, буду править...
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них смирней?
7.
В полы уставя очи,
Перечил брат Гермес
(Не впору, неурочно
Водил Гермеса бес!):
– Мужик твой, княже, лапотник,
Вахлак, совок и ватник.
Хорём сидит в норе.
Нет бы гулять-манежиться
С курями во дворе!
А бабы твои, куры,
Всё ко-ко-ко да ко-ко-ко!
Порядка европейского
Не ведает никто.
А у меня совки
Наденут сапоги,
А цыпочки-мужички
Обучатся манерам
На радость кавалерам.
Пойдут мои хорьки
В воротниках бобровых,
И станет мой народ
Гражданским и торговым!
Коль в бога веришь, брат,
Делись своею лептой.
Не веруешь пока? –
Пошелестим ГК
И акт составим крепкий.
Я власть оправлю в злато,
Как бы какую кралю.
И с маковки до пят
Её отлибералю...
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них щедрей?
7.
Задумался Улисс,
Смотря на синих лис:
– Мне вот что добавляет грусти:
А не получится, братан,
Что ты с моих хорьков
И лапти часом спустишь?
Не лучше ли совместно, друг,
Ребилдингу отдать досуг,
Да не заглядывая вдаль,
С благословенья божия
Правления отстроить вертикаль.
Но ежели, родной,
Нужна моя остуда…
…У гридней на столе
За тонкою стеной
Запрыгала посуда...
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них крутей?
9.
Гермес твердил своё одно:
– Земной налажу рай!
Лишь кожу затрапезную
Отдай или продай!
Приму на людях я обет:
И рано утром, и в обед,
Естественно, опричь шаббата
И праздничных, конечно, дат, –
Учить хорьков опрятности,
Чтоб по норам не прятались,
А кур – петь с певнем вместе
Культурно на насесте.
Ты сам-то, князь, хорош!
Ты на кого похож?
Орудуешь в парной
Запаренными вицами
Без банных рукавиц!
А что уж толковать о тех,
Кто, княже-господине,
Толпой перед тобой,
Как в старые года,
Валится ныне ниц?!
Сымай-ка ты кожух, ребилд,
Я шекелями новыми
Сундук уже набил!
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них дерзей?
10.
На это злое дело
Метель в окно глядела,
Да капала вода,
Да дергалась скула.
– Ну, будь по-твоему, Абрам,
Не говори, что был ты пьян.
Не буду я рядиться:
Я кожушок готов отдать
За простенькие из холста
Пошитые голицы.
Но коль холопам рай сулишь,
То и холопу каждому
Ты по голицам подаришь…
– Я партию голиц украшу бисером!!!
– Замётано, дружбан, записано…
Но только с тем условием
Я кожушок отдам,
Что выкроишь и подошьешь
Те варежки ты сам...
Певец! Прославь струнами
Российское цунами,
Пой песню, пой и пей!
Так кто из них мудрей?
ЭПИЛОГ
Стучит машинка днем,
Стучит, шальная, ночью
И в шаббат отдохнуть,
Настырная, не хочет.
Снуёт челнок, согнулась тень –
По тридцать пар голичек в день.
Когда б не ужин да обед,
Успел бы в двадцать тысяч лет.
Кругом склонённой выи
Манежат часовые...
Враги из-за бугра кричат, мол, князь
Чужую шубу прикарманил
И сундуки размаркитанил
В какие-нибудь три дни!
Меха и прочее добро
Делили, дескать, гридни…
Дискуссия о шубах переложена
На английский язык и на иврит.
За шкеткой скромной кожаной
Иван вельми глядит...
Холопы-менеджеры мутят
Ребилдинг-акцию,
Про цифровую полную
Нудят модернизацию...
Народу чёрному на онучи
Намедни выделен кредит…
За правильностью благ распределения
Фискал невступно и прилежно бдит.
Ивана князем больше не величат,
А за спиною, не в лицо,
Между собой с опаской кличут
Кто Бэтменом, кто альфою-самцом.
…В минуту грусти и раздумий
Порой вспомянет Сам братана,
Главой тряхнет и молвит: «О-го-го!
А в баньке посидели ничего…
Какой затейник был, идеалист, мечтатель,
Высокий ум! Как не хватает нам его…».