Антон Дельвиг

Вечер осенний сходил на Аркадию.- Юноши, старцы,
Резвые дети и девы прекрасные, с раннего утра
Жавшие сок виноградный из гроздий златых, благовонных,
Все собралися вокруг двух старцев, друзей знаменитых.

Ещё в начале мая
Тебе, Амур жестокий!
Я жертвенник поставил
В домашнем огороде
И розами и миртом
Обвил его, украсил.
Не каждое ли утро
С тех пор венок душистый
Носил тебе, как жертву?
А было всё напрасно!
Уж сыплются метели

Я вечером с трубкой сидел у окна;
Печально глядела в окошко луна;

Я слышал: потоки шумели вдали;
Я видел: на холмы туманы легли.

В душе замутилось, я дико вздрогнул:
Я прошлое живо душой вспомянул!

Когда я в хижине моей
Согрет под стёганым халатом
Не только графов и князей -
Султана не признаю братом!
Гляжу с улыбкою в окно:
Вот мой ручей, мои посевы,
Из гроздий брызжет тут вино,
Там птиц домашних полны хлевы,
В воде глядится тучный вол,

Мне минуло шестнадцать лет,
Но сердце было в воле;
Я думала: весь белый свет -
Наш бор, поток и поле.

К нам юноша пришел в село:
Кто он? Отколь? Не знаю -
Но всё меня к нему влекло,
Всё мне твердило: знаю!

Кто, как лебедь цветущей Авзонии,
Осенённый и миртом и лаврами,
Майской ночью при хоре порхающих,
В сладких грёзах отвился от матери,-

Сладкие слёзы первой любви, как росы,
вы иссохли!
- Нет! На бессмертных цветах в светлом раю
мы блестим!

Блажен, кто за рубеж наследственных полей
Ногою не шагнёт, мечтой не унесётся;
Кто с доброй совестью и с милою своей
Как весело заснёт, так весело проснётся;