Иван Хемницер

Увидя Волк, что шерсть Пастух с овец стрижёт,
«Мне мудрено, - сказал, - и я не понимаю,
Зачем Пастух совсем с них кожу не дерёт?
Я, например, так я всю кожу с них сдираю
И тож в иных дворах господских примечаю.
Зачем бы и ему не так же поступать?»

Я видел дурака такого одного,
Который всё гнался за тению своею,
Чтобы поймать её, да как? Бегом за нею.
За тенью он, - тень от него.
Из жалости к нему, что столько он трудится,
Прохожий дураку велел остановиться:

Лев учредил Совет какой-то, - неизвестно;
И, посадя в него сочленами Слонов,
Большую часть прибавил к ним Ослов.
Хотя Слонам сидеть с Ослами и невместно,
Но Лев не мог того числа Слонов набрать,
Какому надлежало
В Совете этом заседать.

«Постой, - Паук сказал, -
Я чаю, что нашёл причину,
Зачем ещё большой я мухи не поймал,
А попадается всё мелочь: дай раскину
Пошире паутину;
Авось либо тогда поймаю и больших».
Раскинув, нажидает их:
Всё мелочь попадает;

Кто как ни говори, что будто нет страстей
В животных и других, какие меж людей,
А зависть в них бывает
И, может быть, людской ещё не уступает.
Свист соловья каков, известно без того,
Чтобы хвалить его.

Всё лето стрекоза в то только и жила,
Что пела;
А как зима пришла,
Так хлеба ничего в запасе не имела.
И просит муравья: «Помилуй, муравей,
Не дай пропасть мне в крайности моей:
Нет хлеба ни зерна, и как мне быть, не знаю.