Бородинская Битва. 26 августа 1812г.

Земля хранитель вечной славы,
Могил села Бородино,
Здесь две великие державы,
Прославить в битве суждено.

Игра судьбы по мановенью,
Одной магической руки,
Итог громадного сраженья,
В ничьей, чего ни изреки.

Французский штаб, играют нервы,
Спал Бонапарт недобрым сном:
«Сегодня брошу в бой резервы,
И сокрушу врага числом»….

Наш русский штаб, в войсках маневры,
«Ну, с Богом, к ротам господа,
И нашей славы беспримерной,
Мы не уроним никогда»….

Кутузов встал: «Раевский в центре,
На левый фланг Багратион,
Уваров с Платовым в резерве.
Барклаю правый отведён.

Наш враг - французский император,
С ним Ней, Даву, Жюно, Мюрат,
С ним «Старой гвардии солдаты»,
Какие всё и всех крушат».

Ней шёл в ручей и через балку,
Прямой наводкой, целя в строй,
Бьёт батарея, в поле свалка.
И закипел фронтальный бой:

В лес Шевардинский пробиваясь,
Летит в редут за рядом ряд,
Как снежным комом разрастаясь,
С «Железной гвардией» Мюрат.

За флеши бой ожесточенный, -
Сошлись на сабли и штыки,
И к нам фортуна благосклонна,
У берегов Москвы-реки.

В каре бил штык и залп заряда,
На поле корчатся враги,
Капрал кричит: «Равненье ряда»,
И их затопчут сапоги.

Волна бойцов редеет в драке,
Большим числом чужой мундир,
И направление атаки
Сменил французский командир.

Прошла стена, кругом затишье,
Разбит обоз, пробита грудь,
Убитый конь ломает дышло,
В руке тесак кривой чуть-чуть.

Фельдфебель сел, тихонько стонет,
Картечью вскрыта голова,
Раскрытым ртом он воздух ловит
И давит терпкие слова.

На бок завалена подвода,
Под ней навечно бы уснуть,
Но жизни требует природа,
И в этом, видно, наша суть.

Вновь ломим натиском француза
Успешно бьётся авангард,
Курганный холм, на нём Кутузов,
Фельдмаршал всем и всем - солдат.

Сюда на холм французы лезли,
Круша прикладом и штыком.
Наш центр, выстояв на месте,
Почти что выбит целиком.

На правом фланге всё спокойно,
Барклай уверенно стоит,
И в бой идут шеренги стройно,
Никто из битвы не бежит.

На левом фланге катастрофа,
Французы ринулись стеной,
«Упорству нашему Голгофа, -
Не помогает и Святой».

Сражён в бедро боец отважный,
«Здесь дьявол многолик с лица»,
Багратион, - обоз фуражный,
Свидетель твоего конца….

Даву с Мортье не до устава, -
Артиллерийский всюду гром:
«Знамён немеркнущую славу,
Здесь Бонапарту поднесём»….

Штыки ломались в час суровый,
Сбивались руки до костей,
Шрапнель рвалась шаром свинцовым,
Валя на землю егерей.

Луга пестрят огнём рубина,
Бурея в сохнущей крови,
Господь! – здесь павших половина, -
Одесский полк благослови!

У Колочи песок завьюжил,
На скулах ходят желваки,
Наш левый фланг атаку сдюжил,
Сомкнув шеренги у реки.

Дрожит земля, и час победы,
Колеблем «чашею весов»,
Босых, до пояса раздетых,
Раевский водит удальцов.

Четыре штурма батареи,
Отбито с нашей стороны,
Враг, выдыхаясь на пределе,
Такой никак не ждал войны.

Разбив гусар, затем казаков,
Своих оплакивал Мюрат,
Полки австрийцев и поляков,
Теперь уж точно знают ад.

Но прут из рога изобилья,
Солдаты армии чужой,
Редут захвачен, и стихийно,
Уже стихал фронтальный бой.

Закат принял свою окраску,
Усталость валит с ног бойца,
Испуга нет, лишь злая маска, -
Решимость драться до конца.

И знай француз, в них жив Суворов,
И вам не трудно угадать,
В бою тех самых гренадёров,
Кто Чёртов мост смог в Альпах взять.

Враг на исходную отходит,
Вечерний стелется туман.
Наш егерь штуцера не взводит
И не стреляет в басурман.

Команду высшему составу,
Фельдмаршал к ночи отдаёт:
«Окончить битву за державу», -
Пусть это армию спасёт.

Не мог прийти от изумленья,
В себя наутро Бонапарт,
К нему с тех пор как наважденье,
Шёл исторический закат…