Воспоминания о войне

Говорят, остается на фото частичка души…
Хорошо, если б так: видел прадеда я лишь на фото.
Его запах сирени в победных объятьях душил –
Одного, кто остался живым из их маршевой роты.

Из окружения, в пургу,
Мы шли по Беларуси.
Сухарь в растопленном снегу,
Конечно, очень вкусен.
Но если только сухари
Дают пять дней подряд,
То это, что ни говори...
- Эй, шире шаг, солдат! -
Какой январь!
Как ветер лих!

Много лет об одном думать,
Много лет не смогу забыть
Белорусский рассвет угрюмый,
Уцелевший угол избы -
Наш привал после ночи похода...
Через трупы бегут ручьи.
На опушке, металлом изглоданной,
Обгоревший танкист кричит.

На пороге двадцатой весны
Снятся людям хорошие сны.
Снятся грозы, и летний день,
И застенчивая сирень.

Снятся фильм и ночная звезда,
И целинные поезда,
Пальма снится, и горный грот,
Снится лёгкий, как пух, зачёт.

На Угре вода горька,
Травы скорбны и полынны –
Пахнут криком паренька,
Пахнут – ржавой кожей мины.

Собираю горицвет,
Горец стелется, как шёрстка.
Под Смоленщиной нет бед
Как уже с полвека. Горстка…

Никто не спрашивал о том,
Чья здесь вина:
Пустой рукав запавшим ртом
Сказал: "Война".

Был труден, голоден и лих
Сорок шестой,
И он ворочал за двоих
Одной рукой.