Юлий Даниэль

И я пришёл. И, севши у стола,
Проговорил заветное: «Я дома»;
И вдруг дыра оконного проёма
В меня, как наваждение, вошла.

Да, про любовь — среди казённых стен
Зелёных, с отражённым жёлтым светом,
Да, про неё, до исступленья, с тем,
Чтоб никогда не забывать об этом:

Я охвачен тихою паникой,
Я вступаю с Богом в торги,
Наперёд обещаю быть паинькой
И шепчу Ему: «Помоги!»

Обещаю грешить нечасто,
Пить помалу и спать с одной —
«Отжени от меня несчастье,
Схорони за своей спиной,

Кто скажет мне, почему
Я в толк никак не возьму,
За что же взаправду я
Попал в тюрьму?

Бывало, я крал зерно,
Бывало, я жрал вино,
Но не за это сесть
Мне суждено.

Страна моя, скажи мне хоть словечко!
Перед тобой душа моя чиста.
Неужто так — бесстыдно и навечно —
Тебя со мной разделит клевета?

А за окном такая благодать,
Такое небо — детское, весеннее,
Что, кажется, мне незачем и ждать
Другого утешенья и спасения.