Картины

А посреди толпы, задумчивый, брадатый,
Уже стоял гравёр - друг меднохвойных доск,
Трехъярой окисью облитых в лоск покатый,
Накатом истины сияющих сквозь воск.

В музее бархатный уют
И мрамор полосатый.
В музее тапочки дают,
А стулья - экспонаты!
На них сидеть уже нельзя
И мимо тапочки скользят.