Путь

В сумерки весенние
За листвой берёз
Гулко в отдалении
Свистнул паровоз.

Дымными полотнами
Застилая лес,
Окнами бессчётными
Замелькал экспресс.

Слабо отражённые,
Чуть светясь во мгле,
Очерки оконные
Мчатся по земле.

То насыпью, то глубью лога,
То по прямой за поворот
Змеится лентою дорога
Безостановочно вперёд.

По всем законам перспективы
За придорожные поля
Бегут мощёные извивы,
Не слякотя и не пыля.

Однажды
(а может быть - дважды)
В дорогу
(а может быть - в путь)
Уехал правитель отважный
От важных забот отдохнуть.

Отправиться узенькой речкой, притоком огромной реки.
Так сладкого дыма колечки, буфеты, каюты, звонки.
Сидеть в парусиновом кресле, разглядывая берега,
И мачты спасительный крестик на фоне небес теребя.
А тент мой то скрипнет, то вскрикнет, сирена завоет слегка,

Камень тела давит дух,
Крылья белые, шелестящие,
Думы лёгкие и творящие...
Давит камень тела — дух.

Когда, как тёмная вода,
Лихая, лютая беда
Была тебе по грудь,
Ты, не склоняя головы,
Смотрела в прорезь синевы
И продолжала путь.

Слова, рождённые страданьем,
Душе нужны, душе нужны.
Я не отдам себя молчаньям,
Слова как знаки нам даны.

Но сторожит молчаний демон
Колодцы чёрные свои.
Иду — и знаю: страшен тем он,
Кто пил от горестной струи.

Встань, друг. Получена весть.
Окончен твой отдых.
Сейчас я узнал, где хранится
один из знаков священных.
Подумай о счастье, если
один знак найдём мы.
Надо до солнца пойти.
Ночью всё приготовить.
Небо ночное, смотри,

Я фонарь
Отдаю изнемогшему брату.

Улыбаюсь в закатный янтарь,
Собираю душистую мяту.

Золотым огоньком
Скорбный путь озаряю.

За убогим столом
С бедняком вечеряю.

Вы мечи
На меня обнажали.

Палачи,
Вы меня затерзали.

Измерили верные ноги
Пространств разбежавшихся вид.
По твёрдой, как камень, дороге
Гремит таратайка, гремит.

Звонит колоколец невнятно.
Я болен — я нищ — я ослаб.
Колеблются яркие пятна
Вон там разоравшихся баб.

Еду... Быстрою стрелою
Тройка борзая летит;
Надо мною и за мною
Пыли облако стоит.
Мой ямщик не бережётся
Ни оврагов, ни камней
И без роздыха несётся,
Не жалея лошадей.

Я шёл к блаженству. Путь блестел
Росы вечерней красным светом,
А в сердце, замирая, пел
Далекий голос песнь рассвета.
Рассвета песнь, когда заря
Стремилась гаснуть, звёзды рдели,
И неба вышние моря
Вечерним пурпуром горели!..