Ушкуйники 1230г.

Конь топчет полесье тяжёлым копытом,
На орденском немце распятье креста,
Магистр в обозе с духовною свитой,
Окидывал взором лесные места.

Кабан торит след по кустарнику чащи,
Сова всполохнёт в толстой гуще ветвей,
Волк вынырнул сбоку походкой скользящей,
Волнуются кони и рвутся быстрей.

«Тревожное время, - нет веры в литовцах,
Поляк взбунтовался», - промолвил легат.
«А здесь где-то Полоцк, да голь Новгородцев,
В разбойничьих шайках по весям шалят».

«Во имя Христа поругаем их веру.
Напьёмся в чертогах хмельного вина.
В нас святость Храмовника, дух Тамплиера.
Смиренность монаха, и с краем казна».

«Возьмём на копьё их лесную столицу,
Округу ограбим, - и в Ригу скорей,
За крепкой стеной можем насмерть упиться,
В рабов обратим этих тёмных людей».

Разведка доносит: «За лесом селенье,
Вдали монастырь, частокол небольшой».
Магистр вскочил: «Это наше везенье»,
«Посмотрим, как им помогает святой»!

«В служенье Христу есть единая вера,
Един - же и Бог, и наместник Земной,
Мы души отступников вынем из тела,
Ну что крестоносцы готовимся в бой».

«Ворвёмся в ворота, четыре по рядно,
И быстро к келье, где их главный инок,
И первый десяток в келью безлошадно,
Живьём захватить, чтоб еретика смог».

«Осудим его, и повесим прилюдно,
Все ваши грехи отпускаю за бой»,
К атаке сигнал, рог играет простудно,
И рыцари сыплют из леса гурьбой.

В воротах заминка, - там бой завязался,
Инок сбросил рыцаря прямо с моста,
Отряд чернецов из ворот показался,
Другой у бойниц занимает места.

На мост откидной валит конных армада,
В теснине моста ощетинился строй,
Магистр вскричал: «Отступаем, - засада»,
И рог затрубил крестоносцам отбой.

Вблизи проплывали суда новгородцев,
Идущих Двиною в привычный ушкуй,
Горит монастырь, - «Подмогнём нашим хлопцы!
Чтоб поняли немцы - у нас не балуй!»

«Ударим по рыцарям будто вслепую,
А там, на развилке поставим заслон,
Дожмём на дороге армаду стальную,
И в свал атакуем с обеих сторон».

Покуда германцы от стен отступали,
Ушкуйники вдарили их в топоры,
Враги в суматохе обозы кидали,
И в кучи сбивались с другой стороны.

Почти на пределе дух стойкий - германский,
Магистр напрасно команды кричит,
От старых рубак, до простых новобранцев,
Подверженный панике рыцарь бежит.

Цвет Папского войска назад удирает,
Земля под тяжёлым копытом дрожит,
Их меткие стрелы с седла выбивают,
И в бойне кровавой магистр разбит.