Август

Маленькие города, где вам не скажут правду.
Да и зачем вам она, ведь всё равно - вчера.
Вязы шуршат за окном, поддакивая ландшафту,
известному только поезду. Где-то гудит пчела.

Ещё горят лучи под сводами дорог,
Но там, между ветвей, всё глуше и немее:
Так улыбается бледнеющий игрок,
Ударов жребия считать уже не смея.

Дыханьем горьким Август выжег
Печать предсмертья на полях
И пламя листьев ярко-рыжих
Затеплил в вянущих лесах.

Он, пышность нивы златоризой
Мукой летучей распылив,
Навел — в садах — румянец сизый
На кожу яблоков и слив.

Август празднует в силу вошедшее лето,
Зеленее, зелёного в чаще огни.
Не скудеет избыток горячего света,
Запастись бы им впрок на ненастные дни.

Пуста пустыня дождевая...
И, обескрылев в мокрой мгле,
Тяжёлый дым ползёт, не тая,
И никнет, тянется к земле.

Страшна пустыня дождевая...
Охолодев, во тьме, во сне,
Скользит душа, ослабевая,
К своей последней тишине.

Август. Знойная сырость.
Август. Яблочный Спас.
И почему-то сирость
Мимо глядящих глаз.

Кто ты, глядящий мимо,
Прячущийся в закат?
Преображенье мнимо,
Ежели — без утрат.

Автовокзал проглотит тебя вместе с шумной толпой
И выплюнет прочь, в электрический свет.
А тебе завтра с утра просто нужно домой.
На улице дождь и на твой автобус билетов нет.

Рябина, яблоки и мёд,
И август – август уходящий.
Моя душа теперь живёт
На подмосковной старой даче.

Люблю бывать я у неё,
Обычно – поздно приезжаю.
Рябина, яблоки и мёд
Меня на кухоньке встречают,

Выйди в сад... Как погода ясна!
Как застенчиво август увял!
Распустила коралл бузина,
И янтарный боярышник - вял...
Эта ягода - яблочко-гном...
Как кудрявый кротекус красив.
Скоро осень окутает сном
Тёплый садик, дождём оросив.

Летний день заметно убывает.
Августовский ветер губы сушит.
Мелких чувств на свете не бывает.
Мелкими бывают только души.
Даже ревность может стать великой,
если прикоснётся к ней Отелло...
А любви, глазастой, многоликой,

Кончен с августом расчёт,
и дожди не ждут указок.
Серая вода течёт
струйками с зелёных касок.

От дождя звенит в ушах.
И хотя не замечаем,
осень с нами в блиндажах
греется горячим чаем.

С весёлым ржанием пасутся табуны,
И римской ржавчиной окрасилась долина;
Сухое золото классической весны
Уносит времени прозрачная стремнина.

Страницы