Цыганка

Бей, цыганка, в звонкий бубен,
Фалды юбки теребя.
Всё, что было,
Всё, что будет –
Всё зависит от тебя.
Что в дороге? На пороге?
В дверь стучится, в дом войдёт?
Ты уже гадала многим,
Что со мной произойдёт?

Ни божеского роста,
Ни запредельной тьмы.
Она актриса просто,
Наивна, как подросток,
И весела, как мы.

Цыганка Мариула
Раздула свой очаг,
Смугла и остроскула,
С лихим клеймом разгула
И с пламенем в очах.

‎Вот, Гитана идёт по базару
‎И несёт за плечом, — за плечом,
‎Позолоченным солнца лучом,
‎На малиновой ленте гитару.
‎На гитаре струна порвалась;
На груди, как змея, чёрный локон колышется;
На ходу тяжело ей, красавице, дышится…

О, нестерпимо-больные места,
Где женщины, утерянные мною,
Навек во всём: в дрожании листа,
В порыве травном к солнечному зною,

К братишке на базаре цыганка подошла,
По волосам кудрявым рукою провела:
«Пойдёшь ли, кучерявенький, в мой табор кочевой?»
А мне и не сказала цыганка ничего.
А мне бы стук телеги, тугой палатки кров,
Дороги без дороги, ночлеги у костров.

Ночь яркие созвездия
Монистами развесила
Кострами разукрасила
Цыганское житьё.
А скрипки растревожено
Поют в ночи восторженной,
Взлетает буйным праздником
Лоскутное шитьё.

Сегодня ночью, не солгу,
По пояс в тающем снегу
Я шёл с чужого полустанка.
Гляжу - изба: вошёл в сенцы,
Чай с солью пили чернецы,
И с ними балует цыганка.

Кто идёт перед толпою
По широкой площади
С загорелой красотою
На щеках и на груди?
Под разодранным покровом,
Проницательна, черна,
Кто в величии суровом
Эта дивная жена?..
Вьются локоны небрежно
По нагим её плечам,