Стихи 1910-х годов

Я знал, что утро накличет
Этот томительный вечер;
Что малая птичка
Будет клевать мою печень;
Что, на четыре части переломанный,
Я буду делать то, что надо
И чего не надо:
Прыгать на короткой верёвочке
Мелким шагом,

Я голоса её не слышал,
И имени её не знал...
...Она была в злофейном крэпе...
...В её глазах грустили степи...
Когда она из церкви вышла
И вздрогнула - я застонал
Но голоса её не слышал,
Но имени её не знал.

Бойтесь, когда спокойное придёт
в движенье. Когда посеянные ветры
обратятся в бурю. Когда речь людей
наполнится бессмысленными словами.
Страшитесь, когда в земле кладами
захоронят люди свои богатства.
Бойтесь, когда люди сочтут

Вечер, как сажа,
Льётся в окно.
Белая пряжа
Ткёт полотно.

Пляшет гасница,
Прыгает тень.
В окна стучится
Старый плетень.

Липнет к окошку
Чёрная гать.
Девочку-крошку
Байкает мать.

Вы, деньки мои — голуби белые,
А часы — запоздалые зяблики,
Вы почто отлетать собираетесь,
Оставляете сад мой пустынею.

Аль осыпалось красное вишенье,
Виноградье моё приувянуло,
Али дубы матёрые, вечные,
Буреломом, как зверем, обглоданы.

Гвоздяные ноют раны,
Жалят тернии чело.
Чу! Развеяло туманы
Серафимское крыло.

К моему ли, горний, древу
Перервать томленья нить, –
Иль нечающую деву
Благовестьем озарить?

глаза вылезли из кругом красные веки
убежала боком ищейки щёки
промелькнул хвост ракеты выписывая вензель
‎как над каской
‎стучат
‎отоприте
топро-пор

Из лепестков цветущих розово-белых яблонь
Чай подала на подносе девочка вёсен восьми.
Шли на посев крестьяне. Бегало солнце по граблям.
Псу указав на галку, баба сказала: возьми!

Когда замолкает грохот орудий,
Жалобы близких, слова о победе,
Вижу я в опечаленном небе
Ангелов сечу.
Оттого мне так горек и труден
Каждый пережитый вечер.

Зачем мы все не смирились,
Когда Он взошёл на низенький холм?

Месяцы нас разделили,
Я даже не знаю, где ты,
Какие снега или пыли
Заметают твои следы.

Город большой или дом лишь
Замыкают твоё бытиё,
И помнишь ты или не помнишь
Самое имя моё?

К востоку, вправо, к Удреасу,
И влево - в Марте и в Изенгоф,
Одетый в солнце, как в кирасу,
Люблю на лыжах скользь шагов.

Колёса палок, упираясь
В голубо-блёсткий мартный наст,
Дают разгон и - чёрный аист -
Скольжу, в движеньях лыжных част.

На плетнях висят баранки,
Хлебной брагой льёт теплынь.
Солнца струганые дранки
Загораживают синь.

Балаганы, пни и колья,
Карусельный пересвист.
От вихлистого приволья
Гнутся травы, мнётся лист.

Страницы