Москва

Die stille Strasse: юная листва Тихая улица (нем.).
Светло шумит, склоняясь над забором,
Дома - во сне... Блестящим детским взором
Глядим наверх, где меркнет синева.

Большая чёрная звезда.
Остановились поезда.
Остановились корабли.
Травой дороги поросли.
Молчат бульвары и сады.
Молчат унылые дрозды.
Молчит Марго, бела, как мел,
Молчит Гюго, он онемел.
Не бьют часы. Застыл фонтан.

Бывает всё на свете хорошо, -
В чём дело, сразу не поймёшь, -
А просто летний дождь прошёл,
Нормальный летний дождь.

Мелькнёт в толпе знакомое лицо,
Весёлые глаза,
А в них бежит Садовое кольцо,
А в них блестит Садовое кольцо,
И летняя гроза.

Мимозу продают у магазина,
Голуби в небе —
не знаю чьи,
И радужно сияют
от бензина
Лиловые
московские

Ветер метёт в переулках листву.
Кружит сусаль, залетает в подъезды,
Будто осыпалась, ранее треснув,
Часть позолоты Москвы поутру,

Трибун на цоколе безумца не напоит.
Не крикнут ласточки средь каменной листвы.
И вдруг доносится, как смутный гул прибоя,
Дыхание далёкой и живой Москвы.
Всем пасынкам земли знаком и вчуже дорог
(Любуются на улиц лёгкие стежки) -

Когда в июнь
часов с восьми
жестокий
врежется жасмин
тяжёлой влажью
веток,
тогда —
настало лето.
Прольются
волны молока,
пойдут
листвою полыхать
каштанов ветви
либо —
зареющие липы.
Тогда,

Довольно кукситься! Бумаги в стол засунем!
Я нынче славным бесом обуян,
Как будто в корень голову шампунем
Мне вымыл парикмахер Франсуа.

И откуда
Вдруг берутся силы
В час, когда
В душе черным-черно?..
Если б я
Была не дочь России,
Опустила руки бы давно,
Опустила руки
В сорок первом.
Помнишь?
Заградительные рвы,
Словно обнажившиеся нервы,

Из рук моих - нерукотворный град
Прими, мой странный, мой прекрасный брат.

По церковке - всe сорок сороков,
И реющих над ними голубков.

И Спасские - с цветами - ворота,
Где шапка православного снята.

Мы с детства запомнили эти слова,
И нету прекрасней и проще
Для города имени — город Москва,
Для площади — Красная площадь.

На свете немало других площадей,
Героев на свете немало.
Но сколько здесь было отважных людей,
Пожалуй, нигде не бывало.

Страницы