Зоя Верт

О благорастворении воздухов <...> Господу помолимся.
(Великая ектения)

Златомордое Солнце, плешивый большой старик!
На блестящей макушке твоей испеку блины!
А сейчас уходи — или крик превратиться в рык —
От палящего жара мы нынче совсем больны!

Над озером склонилась тишина,
Дремучий лес на сонных берегах
Любуется, как полная луна
Качается на медленных волнах.

Не виделись с тобой давным-давно,
И воздухом одним уже не дышим,
И даже слухов о тебе не слышу —
Но мне теперь, признаться, всё равно.

Не спешу в уютный дом —
Говорю с угрюмой стужей.
Зябко в городе моём —
День и ночь метёт и вьюжит.

Расскажи-ка мне, зима,
О стране твоей холодной,
Молчаливой и бесплодной,
Где и в полдень — полутьма.

Кубок со звёздным вином
Ночь пролила за окном.
Улица в дымке хмельной
Дремлет под пьяной луной.

Ветер кружит флюгера,
Бьётся в кувшине двора,
В лужах пустой мостовой
Бурой играет листвой.

Листву деревьев серебрит
Художница-луна.
Уставший ветер в кущах спит,
Покоя ночь полна.

Тихонько плещется река,
Сверкая под луной.
Мерцает лампа светляка
Лимонной желтизной.

Ю. Б.

«...не будите и не тревожьте
возлюбленной, доколе ей угодно»
Песнь Песней Соломона, 2:7

...И столько лет уже ношу
Тебя в сердечной колыбели...
И вновь до самого утра
Не смяла я своей постели.

Сижу с понурой головой,
Руками плечи обхватила,
Шепчу: "Помилуй, Боже мой!
Помилуй, Господи, помилуй..."

Опять куда-то не туда
Свернула полночью тревожной,
И всё пеняла — мол, звезда
Не осветила тропки ложной.

Пока не настала стужа,
Залив не стянуло льдом,
Рисую цветные лужи
На острове золотом.

Пустующие качели,
Усыпанные листвой,
Понурые ветви ели
Над сморщенною травой,

От Тебя по Тебе тоска —
Да ищу я Тебя всегда,
И надмирным путём пройду —
Не оставлю Креста.

Всё Тобой — от Тебя, к Тебе.
Ты — начало, и Ты — конец.
Освящающий всё — Святой,
Мой Господь и Творец.